— В матче с Уэльсом у тебя было повреждение, многие переживали: что с тобой, сможешь ли сыграть с Австрией. Что в итоге произошло и как чувствуешь себя сейчас?
— Сейчас чувствую себя гораздо лучше. В моменте было неприятное ощущение: щелчок в ноге, когда ставил опорную, пробрасывая игрока. Ногу «заклинило», я решил не рисковать. Просто не мог продолжать. Док дал таблетку, провели процедуры, поставил меня на ноги — сейчас все хорошо.
— По гибридной схеме австрийцы играют: в последних матчах перестраиваются в три центральных в атаке. Вы готовитесь к тому же или ждете чего-то другого?
— Мы обратили на это внимание. На установке вы могли видеть: у них стабильно один из опорных опускается вниз для начала атаки, образуя тройку. От этого уже разворачивается вся атака. При прессинге и игре на чужих воротах они переходят в 4–4–2, получается, каждый играет «в своего», очень плотная опека. Четверка защитников сзади играет против четверки наших атакующих, высокая плотность. Мы это разбирали и показывали ребятам.
— По антропометрии тренерский штаб отмечает, что у них силовая команда. Насколько тебе, одному из самых мощных игроков нашей сборной, тяжело бороться с ними?
— Нормально на самом деле. Я бы не сказал, что это очень тяжело. Конечно, нелегко, но мне, наверное, проще бороться, чем тому же условному Глебу Кучко. Хотя он тоже неплохо сложен, но я, наверное, более плотный в этом плане.
— Мы недавно говорили о ситуации в клубе (московский «Локомотив» — bel.football): у тебя там непросто, приходится много работать. И будто это сыграло тебе на руку. В матче с Уэльсом у тебя была отличная физическая готовность: добегал, прессинговал. В матче с Австрией, возможно, опять пригодится эта подготовка. Так ли это?
— Думаю, да, на сто процентов. Причем первый тайм в Уэльсе был скомканный, как будто всей команде нужно было продышаться, не только мне. Я и у ребят спрашивал: первый тайм был тяжелее, чем второй. Я вышел на второй и даже не назвал бы это «вторым дыханием» — просто продышался и стал бегать в том темпе, в котором должен был бегать весь первый тайм.
— С логистикой тяжеловато: много переездов, сегодня уже третий отель, в котором живем, впереди еще одна страна. Насколько это тяжело команде и тебе лично?
— Могло быть хуже. Все эти переезды спасает хорошая атмосфера в коллективе: шутки, улыбки — время быстрее проходит. Но тот же переезд в Уэльс занял около десяти часов — это тяжело. Приезжаешь, спишь часа четыре и уже едешь на тренировку. Это не отговорки, просто факт: было тяжело, так оно и есть, — отметил Мялковский.
